глава IV. ПРАВА НА ЧУЖИЕ ВЕЩИ - Иван Борисович Новицкий, скончался в 1958 г., успев подготовить первое издание данного учебник

глава IV. ПРАВА НА ЧУЖИЕ ВЕЩИ

§ 1. Понятие и виды прав на чужие вещи. § 2. Сервитуты. Понятие и виды. § 3. Предиальные сервитута. § 4. Личные сервитуты. § 5. Приобретение, утрата, защита сервитутов. § 6. Эмфитевзис и суперфиций. § 7. Залоговое право

§ 1. ПОНЯТИЕ И ВИДЫ ПРАВ НА ЧУЖИЕ ВЕЩИ

1. Право собственности в Риме не было единствен­ным вещным абсолютным правом, т.е. правом, имеющим своим предметом непосредственно вещь и защищаемым против любого нарушителя.

! Кроме права собственности к вещным и абсолют­ным правам относились также права на чужие вещи (iura in re aliena). Поскольку это были права на вещи, принад-

127

лежащие каким-то другим лицам (несобственникам), то понятно, что лицо, имеющее право на чужую вещь, не могло иметь таких обширных правомочий, как собствен­ник, который мог по римскому праву делать со своей вещью все, что ему угодно, за исключением лишь того, что ему было прямо запрещено законом.

2. Самой важной категорией прав на чужую вещь яв­лялись так называемые сервитутные права (или сер­витута), состоявшие в праве одного лица пользоваться (в ''каком-нибудь определенном отношении или в несколь­ких отношениях) вещью, принадлежащей другому лицу. К правам на чужие вещи относились также эмфитевзис и 'суперфиций (права вещного наследственного пользования чужой землей или строением на чужой земле) и, нако­нец, залоговое право, которое устанавливалось в обеспе­чение платежа по какому-нибудь обязательству, обеспе­ченному залоговым правом, обратить взыскание на зало­женную вещь.

§ 2. СЕРВИТУТЫ. ПОНЯТИЕ И ВИДЫ

1. Необходимость этой категории прав была в осо­бенности очевидна ввиду существования права частной собственности на землю. Дело в том, что нередки случаи, когда определенный земельный участок не имеет всех тех свойств и качеств, какие необходимы для нормального его использования; например, на данном участке нет во­ды или нет пастбища и т.п. Для того чтобы пользование данным земельным участком было возможно и хозяйст­венно целесообразно, возникает потребность в пользова­нии (в соответствующем отношении) соседней землей. Такого рода вопросы были легко разрешимы в то время, когда земля находилась в общественной собственности (племени, рода, общины). Но с возникновением права ча< гной земельной собственности собственник земельно­го участка не обязан был помогать соседу, не имеющему на своей земле воды, пастбища и т.п. Стала настоятель­ной потребность в закреплении за собственником одного земельного участка права пользования в известном от-

128 .

ношении чужой землей, обычно землей соседа. Земель­ные участки, отрезанные от публичной дороги землями других собственников или лишенные воды и других есте­ственных благ, нельзя было использовать без предостав­ления собственнику этого участка права пользоваться в соответствующем отношении чужой землей. С ростом городов, с увеличением скученности городских построек собственники городских земельных участков стали нуж­даться в правовом средстве, с помощью которого можно было бы предупредить полное затемнение одного участка постройкой на соседнем участке и т.д.

2. Подобного рода потребности в римском праве удостоверялись двумя путями. Можно было договориться с соседом о том, чтобы он принял на себя определенное обязательство в пользу данного собственника земли; на­пример, чтобы он обязался давать собственнику данного участка выход и выезд через свою землю на обществен­ный проезд или чтобы он обязался давать ему ежедневно по 10 ведер воды и т.д.

Однако этот путь был не вполне надежным, потому что такое обязательство имело личный характер; стоило тому собственнику земли, который принял на себя по­добного рода обязательство, продать свой участок, и пользование этой землей со стороны соседа могло про­должаться только при условии согласия нового собствен­ника.

Между тем удовлетворение таких потребностей, как выход и выезд на публичную дорогу, выпас скота, полу­чение воды и т.п., необходимо было обеспечить более надежным и прочным способом, независимо от измене­ния собственника соседней земли. Для этой цели и была введена такая категория прав, как сервитута (от слова servire — служить: один земельный участок в этом случае служит потребностям другого участка). Прочность удов­летворения потребности посредством такой правовой формы состояла в вещном характере сервитутного права:

предметом сервитутного права являлся сам земельный участок, а не действие определенного лица, обязавшегося

129

9-6506

допускать пользование его земельным участком со сто­роны соседа. Поэтому субъект сервитутного права сохра­нял свое право пользования соседним участком незави­симо от того, остается ли его собственником тот, кто ус­тановил на свою землю сервитут в пользу соседа, или же произошла смена собственника. Сервитут являлся обре­менением самой земли и вместе с ней переходил к ново­му собственнику.

Таким образом, можно определить сервитут как вещное право пользования чужой вещью в том или ином отношении. Такое право вызывается необходимостью сгладить неудобства и затруднения, возникающие (при существовании права частной собственности на землю) вследствие неравномерности распределения естественных благ между отдельными земельными участками.

3. Позднее наряду с сервитутами, возникшими на почве соседских поземельных отношений, появилась другая категория сервитутных прав, уже не обязательно в пользу соседа и не обязательно на пользование землей, а на л»обое имущество (например, на стадо коров) и в пользу какого-либо другого лица, не являющегося сосе­дом: например, завещатель, оставляя имущество наслед­нику, одновременно предоставлял другому лицу право пожизненного пользования этим же имуществом (так называемый узуфрукт). Узуфрукт появился, несомненно, позднее, чем названная выше категория сервитутов, воз-никщих на почве поземельных соседских отношений;

иногда римские юристы даже противопоставляют серви-туты и узуфрукт. Однако классические юристы, как пра­вило, термином «сервитут» охватывают и узуфрукт.

Отсюда деление сервитутов на две категории: так на­зываемые премиальные (от слова praedium — имение), или земельные, и личные. Это различие проводилось по субъ­екту права: личный сервитут принадлежал определенно­му лццу персонально; предиальный сервитут принадле­жал лицу как собственнику земельного участка. Этот участок, т.е. тот, в интересах пользования которым уста­навливался сервитут, назывался господствующим участ-

130

ком; земельный участок, пользование которым в том или ином отношении составляло содержание сервитута, на­зывался служащим участком.

Так как предиальный сервитут принадлежал лицу не персонально, а как собственнику господствующего уча­стка, то смена собственника господствующего участка автоматически вызывала и смену субъекта предиального сервитута.

Например, Тиций — собственник участка первого приобрел сервитутное право пользования водой с участка второго. После этого Тиций продал и передал участок первый Люцию; тем самым Тиций утратил сервитутное право, а Люций его получил. В источниках римского права эта мысль образно выражена так, что предиальный сервитут принадлежит «земельному участку». Разумеется, такое выражение нельзя понимать буквально (как это сделали некоторые буржуазные авторы, построившие теорию юридической личности господствующего участ­ка), а только как прием наглядного пояснения.

4. Установление на вещь сервитутного права не оз­начает непременно отстранения собственника от пользо­вания вещью; например, предоставив соседу сервитут пастьбы скота на данном участке, собственник участка сохраняет право пасти и свой скот на том же участке. Однако в тех случаях, когда одновременное пользование и собственника, и субъекта сервитутного права невоз­можно (например, собственник предоставил соседу сер­витутное право пасти на своем пастбище стадо до 20 го­лов, а его пастбище больше 20 голов и не может прокор­мить), преимущественное право пользования принадле­жит субъекту сервитутного права. Как принято выра­жаться, при коллизии сервитута с правом собственности право собственности уступает сервитуту (собственник, устанавливая сервитут на свою землю, тем самым себя ограничил).

5. Характерная особенность римского сервитутного права выражается афоризмом: servitus in faciendo cousis-tere non potest, т.е. сервитут не может состоять в совер-

131

шении (имеется в виду — собственником служащей ве­щи) каких-либо положительных действий (Д.8.1.15.1). Собственник служащей вещи должен лишь терпеть со­вершение субъектом сервитута тех или иных действий, не мешать ему в осуществлении пользования и т.п., но сам ничего делать не обязан. Если по характеру отношения от собственника вещи требовались какие-то положитель­ные действия, такое отношение рассматривалось как обязательственное (см. разд. VI, гл. I, § 1, п. 1).

6. Сервитутное право обозначалось римским юри­стом Гаем (в его Институциях II. 12—14) как res incorpo-ralis, нетелесная вещь, в противоположность обыкновен­ной телесной вещи (res corporalis, которую можно опре­делить как ограниченную часть внешней природы, кото­рая является объектом права и обладает имущественной ценностью. Гай называл телесными вещами такие, кото­рые можно осязать, до которых можно коснуться (quae tangi possunt), а нетелесными — такие, которых нельзя

коснуться (quae tangi non possunt).

Нетелесные вещи, говорит Гай, — это то, что состо­ит в праве (еа quae in hire consistunt), например, обяза­тельство, право пожизненного пользования и т.д. Следо­вательно, нетелесная вещь есть не вещь в указанном вы­ше смысле, это лишь составная часть имущества. Таким образом, более широкое значение термина res есть пред­мет (или составная часть) имущества.

§ 3. ПРЕДИАЛЬНЫЕ СЕРВИТУТЫ

1. Назначение предиального сервитута — восполнять недостающие данному участку блага или свойства и удобства. С этой точки зрения юрист Цельз (Д.50.16.86) ставит предиальные сервитута в параллель с плодороди­ем участка, его размерами и другими его качествами и свойствами. Даваемое Цельзом сравнение нельзя пони­мать буквально, но оно правильно выражает ту мысль, что предиальный сервитут не обслуживает данное лицо, которому принадлежит земельный участок, а поднимает вообще полезность этого участка. Отсюда требование,

132

чтобы сервитут по своему содержанию делал praedii meli-orem causam, т.е. улучшал положение земельного участка, причем имел бы causam perpetuam, т.е. чтобы сервитут состоял в пользовании постоянным свойством служащего участка, обеспечивающим длительное удовлетворение потребности.

По общему правилу, господствующий и служащий земельные участки должны быть соседними (для позд­нейшего права иногда признавалось достаточным, чтобы было фактически возможно пользование одним участком в интересах другого).

2. Среди предиальных сервитутов различались сель­ские и городские, в зависимости от характера господ­ствующего участка: сервитуты, устанавливаемые в пользу застроенных (городского типа) участков, называются го­родскими; сервитуты в пользу участков полевых, не­застроенных, называются сельскими.

Из числа сельских сервитутов известны сервитуты дорожные (iter — право проходить и проезжать через со­седний участок, via — право перевозить тяжести, actus — право прогонять скот и проезжать), сервитуты водные (aquaeductus — право провести воду с соседнего участка, aquaehaustus — право черпать воду на соседнем участке), пастбищные (право пасти скот на соседнем участке).

Типичные городские сервитуты: право опереть по­стройку на стену соседа, право вделать балку в стену со­седа, право света, право вида (т.е. чтобы сосед не закры­вал вида постройкой) и т.д.

§ 4. ЛИЧНЫЕ СЕРВИТУТЫ

Важнейший личный сервитут — узуфрукт — опреде­ляется в Дигестах следующим образом: «Ususfructus est ius alienis rebus utendi fruendi salva rei substantia» (D.7.1.1), узуфрукт есть право пользования чужой вещью и получения от нее плодов с сохранением в целости субстанции (сущно­сти вещи),

В качестве личного сервитута узуфрукт был правом пожизненным (или на срок), но он не переходил на на-

133

следников узуфруктуария (т.е. имеющего это право), не мог отчуждаться (допускалась сдача внаем, однако в слу­чае смерти узуфруктуария прекращалось и право нанима­теля). Узуфруктуарий должен пользоваться вещью как хороший хозяин, в соответствии с хозяйственным назна­чением вещи (например, получив в узуфрукт виноград­ник, лицо не вправе застроить этот участок, хотя бы эта форма эксплуатации земли была выгоднее), должен при­нимать меры к сохранению вещи и т.д. Плоды от вещи поступают в собственность узуфруктуария с момента фактического овладения ими.

Если в узуфрукт дано кому-либо стадо, то, хотя по общему правилу узуфруктуарий обязан пользоваться salva rei substantia, т.е. сохраняя в неприкосновенности «суб­станцию», сущность вещи, однако в этом случае ему да­ется право отдельные головы из состава стада отчуждать, убивать (если это требуется по правилам ведения хозяй­ства), убыль пополнять из приплода или путем покупки, заботясь лишь о поддержании стада на определенном

хозяйственном уровне.

2. Неправильное пользование вещью, в частности изменение хозяйственного назначения, приводило к обя­занности узуфруктуария возместить собственнику вещи понесенный им ущерб. Однако по римским воззрениям ответственность узуфруктуария вытекала не непосредст­венно из узуфрукта, а устанавливалась специальным со­глашением при передаче вещи в узуфрукт, называвшимся cautio usufructuaria. Если вещь претерпевала существен­ное изменение в силу естественных причин без вины узуфруктуария, ответственности он не нес, но право его прекращалось (например, в узуфрукт дан пруд; если он высохнет, узуфруктуарий не имеет права пользоваться высохшим пространством для других целей).

3. Другой личный сервитут — usus, т.е. право пользо­ваться вещью, но без права пользования ее плодами;

впрочем, в пределах личных потребностей субъект этого права может пользоваться и плодами. В остальном серви­тут usus сходен с узуфруктом.

134

В форме специального личного сервитута можно бы­ло предоставить право жить в доме (habitatio), право пользоваться рабочей силой раба или животного (орегае servorum vel animalium).

§ 5. ПРИОБРЕТЕНИЕ, УТРАТА, ЗАЩИТА СЕРВИТУТОВ

1. Сервитут мог быть установлен по воле собствен­ника служащей вещи, притом или односторонним актом воли (например, по завещанию одного лица предостав­лялось другому лицу пожизненное пользование земель­ным участком, домом и т.п.), или договором (между соб­ственником и субъектом сервитута). Возможно было ус­тановление сервитута судебным решением (например, производя раздел общего земельного участка между дву­мя собственниками, суд мог установить в пользу одного из вновь образуемых участков право проходить и проез­жать через другой участок). Иногда сервитут возникал в силу закона (например, узуфрукт отца на имущество подвластного сына; см. разд. IV, § 4, п. 4).

В некоторые периоды римской истории допускалось также приобретение сервитута по давности. Фактическое осуществление сервитута, как будто у данного лица име­ется сервитутное право, считалось «как бы владением» сервитутом (iuris quasi possessio). Если такое квазивладе­ние продолжается 10 лет, inter praesentes, или 20 лет, inter absentes (см. разд. V, гл. III, § 3, п. 4), притом не тайно, не насильно, не прекарно (см. разд. V, гл. II, § 3, п. 3) по отношению к собственнику служащей вещи, то такой фактический пользователь признавался (в императорский период) субъектом сервитутного права по давности.

2. Сервитут утрачивался с гибелью вещи, пользова­ние которой служило предметом сервитута. К физиче­ской гибели приравнивалась юридическая— превращение вещи во внеоборотную (см. разд. V, гл. III, § 3, п. 7). Личный сервитут прекращался не только с гибелью предмета сервитута, но и со смертью его субъекта.

В качестве права на чужую вещь сервитутное право прекращалось, если оно соединялось с правом собствен-

135

ности на ту же вещь, например, собственник отчуждает вещь субъекту сервитутного права на нее — тогда приме­няется правило: nemini res sua servit, D.8.2.26, никто не может иметь сервитутного права на свою вещь (посколь­ку у лица есть право собственности на данную вещь, сер­витут на нее ему и не нужен).

Сервитут прекращался вследствие отказа от него субъекта права, а также неосуществления (поп usus) в течение 10 лет, inter praesentes, или 20 лет, inter absentes.

3. Сервитутное право защищалось абсолютным ис­ком, называемым actio confessoria, противоположным собственническому иску, actio negatoria, в том смысле, что с помощью этого последнего иска собственник вещи, которой другое лицо неправомерно пытается пользовать­ся, отрицает за этим лицом право пользования, actio con­fessoria служила для защиты права пользования чужой вещью.

§ 6. ЭМФИТЕВЗИС И СУПЕРФИЦИЙ

1. К числу «прав на чужие вещи» принадлежали так­же вещные, отчуждаемые, передаваемые по наследству права долгосрочного пользования чужой землей: сель­скохозяйственной для ее обработки (emphyteusis), город­ской — для возведения на ней строения (superficies). Оба эти права сходны с сервитутами в том отношении, что как сервитута, так и эмфитевзис и суперфиций являются правами пользования чужой вещью. Своеобразной же чер­той, отличающей эмфитевзис и суперфиций от сервиту-тов, является широта содержания и долгосрочность их действия.

Установление одного из этих двух прав на земель­ный участок дает право собственности на эту землю поч­ти только номинальным; лишь после прекращения эм-фитевзиса или суперфиция право собственности на дан­ный участок получает реальное выражение.

2. Как показывает термин emphyteusis (от греческого emphyteuein — насаждать), этот институт перешел в рим­ское право из Греции, где наследственная аренда земли

136

имела широкое применение (эмфитевзис был издавна также в практике Египта и Карфагена). На римской поч­ве эмфитевзису предшествовал специальный институт — ius in agro vectigali, наследственная долгосрочная аренда земель, принадлежащих государству или публичным кор­порациям, за определенную годовую плату (vectigal). В восточной половине империи в V в. — начале VI в. ius in agro vectigali все более и более превращалось в em­phyteusis. Юстиниан окончательно слил оба института под названием emphyteusis (3-й титул VI книги Дигест озаглавлен: Si ager vectigalis id est emphyteuticarius petatur, если предъявляется требование об арендованном у госу­дарства участке, т.е. об участке, на который установлен эмфитевзис).

В содержание эмфитевзиса входит право пользовать­ся земельным участком (с правом изменения характера участка, но без ухудшения его), собирать с него урожаи (плоды), право закладывать эмфитевзис, отчуждать и пе­редавать его по наследству. Право отчуждения эмфитев­зиса ограничено обязанностью субъекта эмфитевзиса предупреждать собственника земли о предполагаемом отчуждении эмфитевзиса, причем за собственником при­знавалось право преимущественной покупки (которым он мог воспользоваться в течение двух месяцев). При отчуждении эмфитевзиса собственник имел право на по­лучение двух процентов покупной цены.

Субъект эмфитевзиса обязан был уплачивать собст­веннику арендную плату (vectigal, canon, pensio), а также вносить государственный земельный налог. Невзнос арендной платы в течение трех лет приводил к прекра­щению эмфитевзиса.

Для защиты эмфитевзиса применялись те же иски, что и для защиты права собственности, но в форме actio-nes utiles (исков по аналогии, см. разд. II, § 4, п. 4).

3. Суперфиций представлял собой аналогичное с эмфитевзисом вещное, отчуждаемое, передаваемое по наследству право возведения строения на чужом город­ском участке и право пользования этим строением. Пра-

137

во собственности на строение принадлежало собственни­ку земельного участка по правилу «superficies solo cedit», строение следует за землей, связано с землей.

Изложенные в п. 2 основные правомочия субъекта эмфитевзиса и средства его защиты соответственно отно­сятся и к суперфицию.

§ 7. ЗАЛОГОВОЕ ПРАВО

1. Понятие и цель залога. Залоговое право представ­ляет собой разновидность прав на чужие вещи. Назначе­ние этого права состоит в обеспечении исполнения обя­зательств.

Если определенное лицо (Тиций) обязалось что-то сделать для другого лица (Люция), например уплатить 300 сестерциев, выкопать канаву, передать для пользова­ния определенную вещь и т.д., а затем своего обязатель­ства не выполняет, то вынудить Тиция исполнить обяза­тельство было нельзя. В этом случае Люций мог лишь взыскивать с Тиция сумму ущерба, понесенного от неис­полнения обязательства. Однако взыскание возможно было только при условии, что ко времени взыскания имущество Тиция будет достаточно для удовлетворения Люция и других лиц, которые также, быть может, заявят претензии к Тицию. Для того чтобы Люцию иметь уве­ренность, что в случае неисполнения Тицием принятого на себя обязательства можно будет действительно полу­чить возмещение ущерба из его имущества, заранее вы­делялась определенная вещь из имущества Тиция, кото­рая должна была служить источником удовлетворения претензии Люция, независимо от того, останется ли эта вещь (к моменту взыскания) в имуществе Тиция или бу­дет им отчуждена другому лицу, а также независимо от того, должен ли Тиций еще кому-либо, достаточно ли его имущество для удовлетворения всех претензий, об­ращенных ко взысканию на его имущество, — словом, вне зависимости от общего имущественного положения Тиция, степени его задолженности и т п.

138

Такое право обращения взыскания (в случае неисполне­ния обязательств) на определенную заранее вещь: 1) незави­симо от того, продолжает ли она принадлежать должнику или нет, и 2) предпочтительно перед всеми другими требо­ваниями — называется залоговым правом.

Та черта залогового права, что вещь, заложенная собственником, продолжает оставаться предметом залога и тогда, когда она перешла в собственность другого лица, означает, что залоговое право пользовалось абсолютной защитой (т.е. против всякого, у кого заложенная вещь окажется). В развитом римском праве содержание зало­гового права состояло в праве субъекта залогового права при неудовлетворении обязательства, в обеспечение кото­рого установлено залоговое право, вытребовать заложен­ную вещь из рук всякого третьего лица, продать ее и из вырученной суммы удовлетворить себя по обязательству предпочтительно перед всеми другими взыскателями.

Так как залоговое право было предназначено для то­го, чтобы обеспечить какое-то обязательство, то оно яв­лялось правом придаточным (акцессорным) и существо­вало лишь постольку, поскольку существовало обеспечи­ваемое залогом обязательство.

2. ^ Формы залога. Первоначальной формой залога бы­ла сделка fiducia cum creditore, состоявшая в следующем. Посредством манципации (или in iure cessio) должник передавал в обеспечение долга вещь на праве собствен­ности с оговоркой, что в случае удовлетворения по обя­зательству, обеспеченному залогом, заложенная вещь должна быть передана обратно в собственность должни­ка. В древнейшую эпоху эта оговорка имела только мо­ральное значение: верность своему слову (fides, откуда и название сделки) требовала от лица, получившего таким образом вещь в залог, исполнения дополнительной ого­ворки. Позднее должнику, исполнившему обязательство, стали давать иск к кредитору (actio fiduciae) о возврате вещи. Однако положение должника оставалось чрезвы­чайно невыгодным: получивший вещь был ее собствен­ником и потому мог ее передать третьему лицу; к Треть-139

ему лицу должник предъявить иск не мог, от залогополу-чателя же должник по actio fiduciae не мог добиться воз­вращения вещи, а только мог получить возмещение ущерба. В случае неисполнения должником обязательст­ва вещь оставалась в собственности лица, получившего ее, хотя бы сумма долга была значительно меньше стои­мости заложенной вещи.

Другой формой залога служил pignus, называемый не­редко «ручным закладом». При этой форме залога вещь передавалась не в собственность, а только во владение (точнее в держание, однако пользовавшееся в виде исклю­чения владельческой защитой; см. разд. V, гл. II, § 1, п. 6); при этой передаче добавлялось условие, что в слу­чае удовлетворения по обязательству вещь должна быть возвращена обратно.

С развитием торгового оборота ни fiducia, ни pignus не могли удовлетворить потребностей жизни. При fiducia было слишком тяжело положение лица, отдавшего вещь в залог; при pignus было ненадежно положение получив­шего вещь: если вещь им утрачивалась, он не всегда имел возможность истребовать ее вновь. Наряду с этим интересы хозяйственной жизни требовали большей гиб­кости в регулировании отношения в течение времени от установления залога до наступления срока платежа, в частности того, чтобы должник не был лишен возможно­сти пользоваться заложенной вещью, тем более что пре­доставление должнику такой возможности могло ему об­легчить исполнение обязательства (например, заложена вещь, служащая для должника орудием его профессии;

пользуясь ею, должник может заработать сумму, необхо­димую для выполнения обязательства).

В классический период в преторском эдикте сложи­лась третья, наиболее развитая форма римского залога — ипотека (hypotheca), сложившаяся под влиянием восточ­ного греко-египетского права, при которой предмет зало­га оставался и в собственности, и во владении должника, а субъекту залогового права давалось право в случае не­исполнения обязательства истребовать заложенную вещь,

140

у кого бы она к тому времени ни оказалась, продать ее и из вырученной суммы покрыть свое требование к долж­нику. Например, Тиций должен Люцию 800 сестерциев;

в обеспечение своего долга он заложил участок земли. Заложенная земля, несмотря на залог, оставалась в соб­ственности и во владении Тиция, он ею пользовался, со­бирал урожай и т.д. Незадолго до срока платежа долга Тиций продал и передал заложенную землю Семпронию. Когда наступил срок платежа долга, Тиций не уплатил 800 сестерциев Люцию. Поэтому Люций предъявил иск к Семпронию о том, чтобы приобретенный им земельный участок был от него истребован и продан с публичного торга. На торгах за проданную землю выручена сумма 1700 сестерциев. Из этой суммы 800 сестерциев должен был получить Люций, а остальные 900 сестерциев посту­пали к Семпронию как к собственнику земли. Если Семпроний сам заплатил Тицию за купленную землю дороже 900 сестерциев, то разницу он был вправе требо­вать с Тиция обратно.

3. Ипотека развилась на почве найма сельскохозяй­ственных участков. В обеспечение своевременного взноса нанимателями наемной платы собственники земли тре­бовали обыкновенно от нанимателей включения в дого­вор особого пункта о том, что все «приведенное, приве­зенное, принесенное» (inducta, invecta, illata) на нанятый участок (сельскохозяйственный инвентарь, рабочий скот и пр.) не должно вывозиться нанимателем с участка, по­ка не будет погашена задолженность нанимателя по до­говору, т.е. перечисленные виды имущества должны бы­ли служить обеспечением долга нанимателя (по наемной плате). Если наниматель все же вывозил свое имущество, собственнику земельного участка претор стал давать спе­циальное средство защиты (interdictum Salvianum), если же эти вещи уже перешли во владение третьего лица, стали давать иск и против него об истребовании полу­ченных им вещей (actio Serviana). В результате примени­тельно к договору найма земли была создана форма зало­га, при которой закладываемые вещи не выходили не-

141

медленно из владения и пользования залогодателя, а кредитор имел абсолютный иск об истребовании вещи с целью ее продажи. Оставалось распространить сложив­шуюся форму залога с того специального случая (найма), в связи с которым она сложилась, на все другие случаи обязательств. Это было осуществлено посредством рас­пространения actio Serviana по аналогии (actio quasi-Serviana, или actio hypothecaria).

4. После того как была введена в практику hypotheca как форма залога, не сопровождавшаяся передачей самой вещи тому, кому она закладывалась, причем в случае не­исполнения обеспеченного залогом обязательства вещь не поступала в собственность залогопринимателя, а под­лежала обязательной продаже, стало возможно установ­ление на одну и ту же вещь нескольких последователь­ных залоговых прав: например, заложив земельный уча­сток, стоивший 5 тыс. сестерциев, Тицию в обеспечение долга в сумме 1 тыс. сестерциев, собственник мог затем заложить тот же участок Флавию в обеспечение долга в сумме 800 сестерциев, Гаю — в сумме 600 сестерциев и т.п. Соотношение нескольких залоговых прав на одну и ту же вещь определялось их старшинством, т.е. временем установления залога (так называемый ранг залоговых прав). Право требовать продажи заложенной вещи при­знавалось только за первым залогопринимателем, второй, третий и т.д. удовлетворялись (в порядке очереди) из ос­татка (по удовлетворении первого залогопринимателя) суммы, вырученной от продажи заложенной вещи. Ино­гда нижестоящему (по рангу) залогопринимателю было важно получить право решать вопрос о продаже вещи, чтобы выбрать наиболее выгодный для продажи момент. Для этой цели каждый из нижестоящих залогопринима­телей получал право предложить первому удовлетворение по его требованию, с тем чтобы занять его место. Проис­ходивший переход первого ранга (старшинства) к лицу, удовлетворившему первого залогопринимателя, называл­ся ипотечным преемством.

142

Если суммы, вырученной от продажи заложенной вещи, не хватало на удовлетворение залогопринимателей, недополучившие имели обязательственный иск к долж­нику в общем порядке.

После того как нормальным способом реализации залогового права стала продажа предмета залога, наряду с залогом вещей признали возможным залог обязательства и вообще всего того, что может быть предметом продажи.

5. Для установления залогового права не требовалось какой-либо обязательной формы. Неформальность уста­новления залога создавала неуверенность деловых отно­шений, так как лицо, желавшее обеспечить свое право требования залогом, не могло проверить, не была ли дан­ная вещь уже заложена до этого кому-либо другому'.

Кроме того, в ряде случаев залоговое право в Риме возникало в силу закона, причем такие законные залоги были привилегированными (в смысле первоочередности удовлетворения). Вследствие существования таких вне­очередных законных залогов расчеты залогопринимателя на удовлетворение, совершенно правильные и осторож­ные, неожиданно могли быть опрокинуты в силу после­дующего возникновения привилегированного залога.

В период абсолютной монархии был издан рескрипт, в силу которого ипотека, установленная письменно в присутственном месте или перед тремя достоверными свидетелями, должна иметь предпочтение перед непуб­лично установленной (хотя бы и раньше) ипотекой. Этим в известной мере уменьшались указанные выше неблаго­приятные последствия неформального характера ипотеки.

6. Залоговое право прекращалось в случае: а) гибели предмета залога, б) слияния в одном лице залогового права и права собственности на заложенную вещь, в) прекраще­ния обязательства, в обеспечение которого установлен залог.

' Впрочем, в некоторых римских провинциях дело обстояло иначе. Изу­чение папирусов показало, что в Египте уже в I в. н.э. существовала сис­тема поземельных книг, в которые заносились вещные права на землю;

ознакомление с этими записями позволяло убедиться, принадлежит ли данный участок должнику, заложен ли он кому-нибудь и т.п.

143


4546902845531809.html
4547011231701179.html
4547086149585934.html
4547298063517362.html
4547408284770020.html